Задать вопрос На главную

Унылая грамматика

Достаточно беглого знакомства с рядом учебных пособий, посвященных основным разделам курса современного русского языка, для того чтобы убедиться в существовании грустной закономерности: в большинстве случаев материал, предназначенный для иллюстрации языковых явлений и формирования навыков грамотного письма, подобран без малейшего стремления заинтересовать школьника изучаемым предметом. По какому-то странному недоразумению составители многих учебников оставляют за пределами своего внимания всё, что могло бы вовлечь ребёнка в процесс постижения языковых премудростей и пробудить в нём вкус к лингвистике. Негласное кредо среднестатистических пособий по русскому для школьников и абитуриентов сводится к тому, что для усвоения грамматики родного языка сгодится любой материал. Гарантией качества считается обилие разрозненных цитат из классики, во многих случаях нравоучительного свойства.

«Настоящий человек защищен в беде верностью идеалам, умением быть стойким в труде, в борьбе за правду. Посидеть за одним столом с Чапаевым – это каждому величайшая гордость. Подхалюзины и Чичиковы – вот сильные, практические характеры «тёмного царства». Ложь – религия рабов и хозяев. Я фабрикант, ты судовладелец. Подлинный труженик Пушкин поражает не лакированной строкой, не причудливыми гимнами балованному Амуру, а безыскусственной простотой, желанной естественностью, суровой непреклонностью пророка. Что ты поникла, зелёная ивушка? Прибежали ямщики, подивились тоже. Пензенская губерния был объявлена на осадном положении. Мальчонка был словно околдован гомоном птиц. Грушницкий – юнкер. Поперек старицы, растянутая пожелтевшими берестяными поплавками, покачивалась сеть. Возница что-то бормотал о дяде моём, капитане. Гранит, железо, дерево, мостовая гавани, суда и люди – всё дышит мощными звуками страстного гимна Меркурию. И родина пошла в тартарары. Не пополнится сердце любовью и на подвиг нас не поведёт, и тиран исторической бровью истерически не поведёт. В горнице стоит крашеная кровать с точеными шишками. Подслушивал недремлющий Морозов, тот самый, Павлик, сотворивший зло. Экономия умственных сил есть не что иное, как строгий и последовательный реализм».

(Из учебных пособий по русскому языку для школьников и абитуриентов).

Забавному, парадоксальному, смешному, злободневному нет места на страницах консервативного учебника, суровой и бескомпромиссной грамматики. Отчасти это объясняется приверженностью авторов каноническим пособиям, изданным еще в СССР, и нежеланием совершать следующие шаги на пути к усовершенствованию методики преподавания. Так или иначе, убежденность авторов школьных грамматик в том, что хаотичная подборка откровенно скучных и подчас не в меру пафосных фрагментов литературных произведений (с большинством из которых учащиеся не знакомы по объективным причинам) способствует лучшему усвоению правил, не выдерживает критики. Если бы каждый составитель учебного пособия потрудился на мгновение представить себе обыкновенного подростка, склонившегося над грамматикой родного языка, и задаться вопросом: как долго рассеянное внимание этого подростка будут удерживать монотонные фразы, вырванные из контекста, пестрящие архаизмами и не содержащие ни единого намека на сегодняшние реалии? Безусловно, урок русского языка – прекрасная и редкая возможность расширить кругозор учащихся и обогатить их лексический запас. Однако упорное моделирование языковой картины мира, в которой преобладают кормчие, подьячие, фельдъегери и унтер-офицеры на фоне велеречиво живописуемых красот русского пейзажа, способно нагнать сон даже на вполне прилежного ученика, особенно если прибавить к этому комплекту поучения в духе не лучших образцов советской фразеологии. Лингвокультурологическая ценность подобных текстов несомненна, но для достижения учебных целей гораздо эффективнее работать с материалом, способным вызвать в ребенке живую эмоцию: радость узнавания, желание поспорить, примерить на себя, пофантазировать. Дефицит близкого, понятного, смешного на страницах пособий и в текстах диктантов способствует формированию в сознании школьника ложного ощущения, что великий и могучий русский язык в его литературной разновидности отнюдь не универсален: все его нормы и исключения обязательны для «мертвого» текста учебников, однако ими можно пренебречь в условиях современной коммуникации.

В конечном итоге при выборе учебного материала, достойного стать посредником между ребёнком и наукой, последнее слово всегда остаётся за преподавателем, который имеет возможность разбавлять академические тексты и примеры живыми, актуальными речевыми образцами, отвечающими поставленным задачам. Полную творческую свободу в этом отношении дают индивидуальные занятия, позволяющие преподавателю подбирать материал с учетом индивидуальных особенностей ученика, его хобби, вкусов, интересов. Ребёнок, интересующийся страноведением, спортом или научными открытиями, с энтузиазмом реагирует на стремление преподавателя обращаться к занимающим его сферам. Подросток, увлеченный поэтикой русского рока, гораздо охотнее и быстрее вникает в казусы синтаксиса и пунктуации, анализируя фрагменты из текстов любимых песен. Пренебрежение подобными возможностями со стороны учителя рискует превратить занятие в унылое отбывание учеником тяжкой повинности, не имеющей ничего общего с увлекательным и плодотворным процессом овладения ресурсами родного языка.  

Профессиональная подготовка к егэ по русскому языку репетитор.